398.jpg

Эротические рассказы — Блять… Кажется я сошёл с ума. (часть 3)

pov Марка.

Страстные проститутки по вызову ждут новой встречи именно с вами.

Я пробудился ранешным днем. На часах стрелки-кисточки демонстрировали 5:30 утра. Уже расцвело, и свет проникая через листву, мягко ложился на обнажённые тела. Фил, посапывал рядом. Его рельефное тело время от времени подрагивало, чуток пухлые губки нервно сжаты, а бровь изогнута в недовольную линию. Я медлительно перевернулся на спину и уставился в потолок. Воображение вырисовывало на потолке лицо Фила: прямой нос, волевые скулы, подбородок с маленький ямочкой, малость впавшие щёки, огромные, зелёные глаза, совершенно незначительно пухлые, бледноватые губки, пирсинг в левой брови, несколько проколов в мочке левого уха, один в мочке правого и индастриал, красноватый ирокез длиной в см 6-7. Мемуары о вчерашней ночи нахлынули неожиданной волной жара, которая немедленно последовала в пах. Я аккуратненько и медлительно сел на кровать, но боль всё же резко пронзила мою многострадальную задницу. Недовольно сморщился. Медлительно и грустно натянув боксы, поплёлся в ванную хоть незначительно охладиться.

Ох, и видок у меня но… Вчерашние ссадины и синяки «проявились» во всей красоте. Большой синяк на скуле и рассечёна правая бровь. Пожалуй лицо пострадало меньше всего. По всему телу рваные порезы, большие гематомы и маленькие ссадины. Ну, что ж. Очень мило. Предки наверное «обрадуются» моей боевой раскраске.

Опять вспомнилось лицо Фила: полное сострадания, любви и тепла.

Так удивительно… Разве можно так стремительно влюбится? Не знаю… Столько женщин желало меня, восторгалось, но ни с одной я не ощущал себя потому что с ним… Я встречался с многими, но это не было кое-чем особым. Всё как будто из под штампа: ходим за руки, целуемся. Ни с одной не хотелось сблизиться… А с ним… становится неясно, как я дышал ранее… Как будто жил во тьме и не знал, что на свете есть солнце. Разве так бывает? Не знаю… но желаю в это веровать.

Я побрёл на кухню, чтобы заварить кофе для себя и собственному спасителю.

Поставив чайник, отвернулся к окну, и стал дожидаться пока вода закипит. Прочные руки обняли меня за талию и притянули к для себя. Я нервно вздрогнул от неожиданности. Его член упёрся мне в спину. Ниже он упереться не мог, ибо Фил выше меня практически на полторы головы. Он хихикнул мне в шейку, и шепнул на ушко: — Прости, малыш, — лаского куснув меня за мочку, он провёл по шейке языком, оставляя мокроватую дорожку, задевая самые чувствительные зоны пирсингом в языке.

Я повернул к нему голову, и шепнул в губки:

— Нич… — не успел… Он мягко оборвал меня на полуслове.

Я послушливо открыл рот и он просочился языком поглубже, исследуя каждый мм, задевая пирсингом нёбо, забираясь всё поглубже и поглубже. Нахально, сладко. С пряным привкусом корицы.

Его руки проскользили по моему торсу, и опустились к паху. Он лаского, но грубо начал мять плоть через ткань. Наслаждение накрыло меня с головой, и я томно застонал ему в губки.

Панк приспустил мои боксы, и начал ублажать член во всю длину. Я извивался, и таял в его руках. Он немного нажал на головку, оттянул мошонку и сжал член в руке. И опять во всю длину. Через несколько минут я кончил, и бессильно повис на его руках.

Фил взял меня на руки, стянул боксы, и нагнул раком. Я упёрся в подоконник руками, и расставил ноги в стороны. Он аккуратненько стал растягивать сфинктер пальцами, а другой рукою ублажать мою плоть.

Медлительно начал подменять пальцы на гиганта, который был как будто каменный. Резкая боль пронзила тело. Я вскрикнул.

— Прости, прости! Что сделать чтоб для тебя не было больно? — его озабоченный, полный сострадания, немного грубоватый баритон.

Он наклонился ко мне и лаского поцеловал в плечо.

— Аха. Я не думаю, что ты можешь уменьшить в размерах собственный агрегат, — я хихикнул, и повернул к нему голову.- Прости, — он усмехнулся, и прильнул к моей спине, лаского обняв за талию. Как большой плюшевый мишка. Таковой же тёплый и хороший.

Он медлительно начал двигаться, делая упор на подоконник. Глухая боль вновь напомнила о для себя. Его жаркие губки лаского целовали мою шейку, успокаивая. Боль уходила, когда он шептал на ухо, и страстно целовал шейку. Что-то шептал… Раз за разом. Доставля наслаждение. Слова растворялись в потоке чувств и блаженного состояния.

Темп наращивается. Капли пота стекают по жаркой коже. Звучные стоны в унисон. Раз за разом.

«Ещё, ещё, не останавливайся!» — нет сил сказать ему это. Только эмоции, только стоны, только наслаждение.

Предел. Жар тел затуманивает взор. Ещё малость!

Звучный вопль оргазма в унисон. Жгучая сперма на его руках и во мне. Медлительно выходит, и обессиленный валится на стул, утягивая меня за собой, и садя к для себя на колени.

Моя голова безвольно падает ему на грудь, а он продолжает лаского целовать.

Ласковый взор и ухмылка. Тянусь к нему за поцелуем. На глаза наворачиваются слёзы, не глядя на то, что так счастлив я никогда ещё не был. Слабенькая ухмылка. И его любящий шёпот:

— Не плачь. Я с тобой… — тихий бархатный баритон.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *