717.jpg

Эротические рассказы — Основной инстинкт. Часть 3

3. Большая перемена. Хотя мой 1-ый сексапильный опыт и был, мягко говоря, не совершенно обыденным, он все таки давал мне право сказать для себя, что у меня уже была фемина. Происшедшее каким-то непостижимым образом поднимало меня над сверстниками. Очевидно, это наложило собственный отпечаток и на наши дела с Олей. В оставшуюся до начала школьных занятий неделю, я так никогда и не зашел к ней. Первого сентября она со мной не поздоровалась, и весь денек демонстративно отворачивалась от меня. Я не возражал. После всего, что со мной вышло, Ольга казалась мне совершенно ребенком. К концу денька она не выдержала. Я собирал учебники после последнего урока, когда она подошла к моей парте и востребовала разъяснений. После недлинной, но бурной сцены, мир был восстановлен. Но, произошедшая во мне перемена была, разумеется, видна и ей. Попытавшись в тот же денек залезть ей в трусики, я, заместо обыденного «Нет» услышал нечто новое. Сейчас предпосылкой отказа были названы месячные. Развивая достигнутый фуррор, я стал добиваться у нее согласия заняться этим после их окончания. Я разъяснял, что жить я так больше не могу, что мы уже взрослые, и что в этом возрасте все уже этим занимаются, я кипятился, я грозил ее кинуть, если она будет упорствовать. Похоже, она поверила, что я не шучу. Но, расставаться с девственностью она не торопилась. После мучительного часа уговоров, мучимая сложным выбором, она, в конце концов, отыскала выход. Пряча от смущения глаза, Оля пролепетала: «Может, это… в общем… ну… не туда?» и залилась краской. «А куда?» чуток было не спросил я, но впору тормознул. Мои очень умеренные зания все таки позволили мне осознать куда. Ольга продолжала глядеть в сторону, а я рассматривал ее полные губки. Мой боец уже рвался наружу. Перспективу побывать во рту моей безупречной одноклассницы, он очевидно одобрял и поддерживал. «Давай!» — я старался гласить как можно небрежнее, но глас выдал мое волнение. «Но только не сейчас. Сейчас у меня… ну… ты знаешь. А я желаю чтоб ты мне тоже… ну, там… » И новенькая волна краски залила ее лицо. Четыре денька до назначенного Олей срока тянулись как четыре года. Я пробовал представить, как все должно происходить, распределяя на уровне мыслей роли в сюжете порнофильма под условным заглавием «Мой 1-ый фелляция». Рисунки в голове приводили всегда к одному результату: я сразу ощущал потребность уединиться. Больше всего меня возбуждала (и сразу пугала) идея о том, что мне тоже придется полизать ей «там». Я представлял себя меж ног моей возлюбленной и… любопытно, какая она на вкус? И чем пахнет? Она ведь оттуда писает… Да и я собираюсь запихнуть ей в рот то, из чего писаю! Мы в равном положении. И всё равно, это так унизительно! Даже сама позиция, когда голова меж ног девчонки… Но, странноватое дело, я так желаю этого! Я буду очень стараться, я всё ей там вылижу! Всё, не могу больше, иду в туалет мастурбировать! ( — хороший совет) В конце концов, назначенный денек наступил. Я с самого утра спросил Ольгу, все ли у нас по плану. Она храбро кивнула. Меж тем, решимость стремительно покидала ее, и к последнему уроку, она практически падала в обморок и готова была придумать какую угодно отговорку, только бы перенести опыт. Трусила Оля страшно, и мне пришлось практически тащить ее за руку последние несколько метров до ее парадного. Пара жарких лобзаний в лифте, и вот мы уже в прихожей ее квартиры. Здесь ее окутала реальная паника. Она бросила сумку с учебниками и закрыла лицо руками. Я невольно залюбовался её стройной фигурой, обтянутой белоснежной блузой и недлинной чёрной юбкой. Я обнял её, придавил к для себя, погладил по голове, пытаясь успокоить… но мои старания не достигнули цели. Она стояла, закрыв лицо рукам и на все мои предложения приступить, в конце концов, к тому, ради чего мы пришли, только мотала головой и всхлипывала. Я взял ее на руки и понес в комнату. Стол у окна, заваленный учебниками, торшер с перекосившимся абажуром, полка с книжками, шифоньер в углу и узенький диванчик у стенки, таковой знакомый и обычный нам, помнящий долгие часы наших невинных нежностей… Я осторожно опустил Олю на диванчик и принялся целовать её руки, прикрывающие заплаканное лицо. Она не отняла руки даже когда я стал её раздевать. Дойдя до трусиков, я приготовился уже было к обычному отказу, но Оля (не отрывая рук от лица) приподняла бёдра от дивана, помогая мне снять их. Раздвигая Олины ноги, я ощутил ее секундное колебание, но, по-видимому, решение было принято твердо, и она позволила мне придвинуться впритирку к ее благоуханному бутону. Сейчас уже мне предстояло показать свою храбрость. Я глубоко вздохнул и без колебаний принялся лизать её «девченку». Любопытно, но мне совершенно не было тошно. Напротив, процесс, представлявшийся мне ранее унизительным и запятанным, внезапно приглянулся. Я раздвигал языком мокроватые губки влагалища, слизывал жаркий сок, засовывал язык как можно поглубже, так, что мне было даже незначительно больно, щекотал небольшую пуговку клитора… Эти манипуляции возбудили меня жутко. Даже неоднократный каждодневный онанизм последних дней не помешал моей обезумевшой эрекции. Нравились мои движения и Ольге. Увлеченный анализом собственных чувств, я запамятовал о ней. А вспомнив, нашел, что она больше уже не закрывает лицо. Ее руки гладили сейчас мою голову, прижимали к собственному сокровищу все посильнее, время от времени подталкивали, подправляли какие-то мои движения, задавали ритм. Скоро она уже практически орала, извиваясь в моих руках и судорожно сжимая бедрами мою голову. Такое проявление сладострастия чуть ли не принудило меня оргазмировать ранее времени. Мне казалось, что член раздулся до неописуемых размеров, и что если я сию же минутку не спущу, он просто разорвется от внутреннего давления. Я перевоплотился в один большой член. Тяжело сказать, сколько длилось это безумие. Думаю, что около получаса. Помню только, что язык утомился так очень, что я не мог продолжать, о чем и заявил Ольге. Сейчас уже я лежал на спине, раздвинув ноги, а Оля устроившись меж ними, готовилась сделать 1-ый в собственной жизни фелляция. Некие считают, что умение заниматься оральным сексом является у дам прирожденным. Думаю, что это не так. Мне встречались дамы, полностью не понимающие особенностей мужской физиологии, а поэтому к орально-генитальному контакту не способные. Ольга же была прирождённой минетчицой. На исследование этой науки, моей подруге хватило пары минут. Воспитанная на дворовом фольклоре, она поначалу принялась сосать моего дружка, как мороженое. Но, достаточно стремительно она сообразила два самых основных условия неплохого орального секса: во-1-х фелляция не имеет ничего общего с сосанием, член должен ритмично заходить и выходить, так же, как и при обыкновенном сексе он заходит и выходит из влагалища. А во-2-х, не имея подабающего опыта, ритм очень трудно поддерживать, если не помогать для себя рукою. С фуррором применяя два этих приема, Оля уверенно вела меня к верхушкам удовольствия. Я уже ощущал, как наращивается знакомое щекотание в яйцах, как сперма толчками движется вверх, и уже предвкушал каким мощным фонтаном я на данный момент извергнусь, когда она в один момент резко сбавила темп. Не знаю, сделала ли она это преднамеренно, либо предпосылкой послужила полностью объяснимая вялость от непривычной работы, но оргазм, длящийся обычно несколько секунд, растянулся до бесконечности. Сперма, казалось, кипела и бурлила, заключенная кое-где меж яичек и узкой уздечкой на самом кончике. Я слышал чей-то вопль и не сходу сообразил, что это кричу я. Не способен выдерживать этой пытки, я стал делать ритмичные движения, заталкивая член все поглубже ей в рот. Она закашлялась и попробовала отстраниться. И здесь, в конце концов, давно ожидаемый фонтан брызнул. Позже к тому же еще… (Школьная подружка головного героя очаровашка, — прим.ред.) Куда следует кончать при орально-генитальном контакте? Я много раз задавал для себя этот вопрос, готовясь к этому деньку. Могу ли я спустить в рот? А вдруг ей станет тошно? Может быть я должен щадить чувства девицы? Когда же это, в конце концов, случилось, ответ пришел сам. Я испытывал оргазм ей в рот нескончаемо длительно, и, казалось, этот поток никогда не иссякнет. Очевидно сдерживая рвоту, Оля проглотила все до последней капли. А я смотрел на ее влажное от спермы лицо и жалел только о том, что очень стремительно кончил. А позже мы длительно лежали, обнявшись, и я задумывался о том, как мне подфартило. Я слышал и ранее, что есть много девчонок, практикующих таковой удобный компромисс и готовых доставить парню наслаждение, сохранив при всем этом девственность. Но я и грезить не смел, что одна из таких «целочек-минеточек» достанется мне. Все! Конец моим мучениям! Ведь это можно делать хоть каждый денек, хоть по пару раз в денек! И не неудача, что она сейчас не кончила. За то наслаждение, что она мне доставила, я в последующий раз буду лизать ей столько, сколько будет нужно, хоть целый денек. Нужно ли гласить, что назавтра мы повстречались опять. И на последующий денек тоже. Несколько последующих месяцев мы прогуливались опьяненными от счастья, используя каждую возможность, чтоб залезть в кровать. Мы проводили часы, с увлечением и экстазом изучая тела друг дружку, набираясь опыта и избавляясь от остатков стеснения. Мне длительно не удавалось довести свою подружку до оргазма. Она гласила, что ей и так приятно, но я ощущал делом чести вынудить ее испытать оргазм. В конце концов, пряча взор и краснея, Оля произнесла, что, если я вправду этого желаю, она может мне посодействовать. Я был в экстазе. Она села мне на лицо и принялась водить пальчиком по клитору вправо-влево. Сейчас дела пошло существенно резвее. Скоро я ощутил на языке некий особый привкус. Оля застонала, и я услышал, что в ее голосе появились новые ноты. Пальчик еще резвее замелькал перед очами и я сообразил, что близок к победе. В последующую минутку 1-ая судорога пробежала по Олиному телу, она сжала ноги, позже еще посильнее придавила свою девченку к моему рту, стараясь поглубже протолкнуть в себя мой язык и, тихо подвывая, в конце концов, начала кончать мне в рот. Кончала Ольга длительно и обильно. Я с экстазом слизывал каплю за каплей ее терпкий сок и ощущал себя счастливым. Сейчас, когда мы освоили этот новый способ, и Оля тоже стала получать наслаждение, она вправду полюбила эти опыты. Больше всего нам нравилось кончать сразу, и, после длительных поисков, мы тормознули на позе 69. Правда, сначала, Ольге не хватало опыта, и несколько раз она, в порыве любвеобильности, больно прикусывала мне головку либо очень очень сдавливала мою голову ногами, но позже все пошло как по маслу. Естественно, наши дела не могли длительно оставаться потаенной ни для одноклассников, ни для родных. В школе нас издавна уже называли женихом и женой. А когда Ольга прошептала по секрету одной из собственных подружек, что мы уже издавна не только лишь целуемся, слух этот распространился одномоментно, к зависти одних и демонстративному неодобрению других. К счастью, Олю не много заинтересовывало мировоззрение ее подружек, и мы с энтузиазмом продолжали свои изыскания в прекраснейшем из занятий, которое, как я вызнал, именуется куннилингом либо глубочайшим петтингом. Научившись кончать, моя подружка сейчас нередко сама была зачинателем наших встреч. Она призналась мне как-то, что время от времени с трудом может дождаться конца уроков, чтоб быстрее побежать к ней домой. В один прекрасный момент на большой перемене она даже затащила меня в подсобку, где технички хранят ведра и швабры. Там было мрачно и пахло хлоркой и влажными тряпками. Начали мы с невинных объятий и лобзаний, но наши юные тела, привыкшие получать друг от друга еще больше, скоро востребовали продолжения. Оля присела на корточки и расстегнула мои штаны. И вот так, сидя на корточках, под трели звонка, возвещавшего о конце перемены, она приступила к обычной работе. Свет мы не зажигали, и мглу подсобки нарушала только узенькая полоса света под дверцей. Я не лицезрел Олю, но слышал причмокивающие звуки, ощущал как её губки, такие тёплые, такие мягенькие, обхватив головку обычно делают своё дело… Дверь изнутри не закрывалась, и мне приходилось всегда держать ручку, чтоб никто не вошел. Необычность обстановки очень возбуждала и я ощутил приближение оргазма резвее, чем обычно. Когда я кончил, Ольга наскоро умылась, и мы помчались на последующий урок. Через минутку, запыхавшиеся и раскрасневшиеся, мы ввалились в класс. Не знаю, что поразмыслил учитель, смотря на две счастливые физиономии (одна из которых была еще влажной) , но одноклассникам, судя по их лошадиному ржанию, все было ясно. Еще больше бурное веселье вызвала наша классная управляющая, назвавшая нас как-то на собрании Ромео и Джульетой после того, как встретила в один прекрасный момент целующимися в коридоре. Нужно сказать, что дела с родными складывались далековато не так ясно. Олины предки лицезрели во мне потенциального жениха и, в принципе, не возражали (хотя её папу-полковника не очень устраивали моя бунтарская прическа а-ля хиппи) . Мои же старики не утомлялись говорить, что я должен мыслить о предстоящей учебе, а не забивать для себя голову девчонками, которых у меня будет еще много. Я слушал, согласно кивал, а про себя похихикивал. Ни о какой женитьбе я и не помышлял. Но я же не так безумный, чтоб кинуть подружку, которая мне, девятикласснику, дает то, о чем большая часть моих сверстников не имеют пока понятия и выяснят, в наилучшем случае, через пару лет. Единственное, что принудило меня задуматься, были слова Татьяны, которая рекомендовала мне не очень привязываться к подругам самому, и не допускать, чтоб это делали они, ни на данный момент, ни в дальнейшем. На мою просьбу разъяснить, она увидела: «На данный момент, в твоем возрасте, чем посильнее вы друг к другу привяжетесь, тем больнее будет расставаться. Когда же придет реальная любовь, ты это сходу почувствуешь. Но случится это через много лет. Так что, не спеши. А еще лучше, начни встречаться с 2-мя, либо даже 3-мя сразу». Вспоминая на данный момент эти слова, я в сотый раз убеждаюсь, как права была Таня, советуя не спешить. Правда, сама она это правило не очень соблюдала. Выйдя замуж в 20 три года, она сменила 1-го за другим 3-х мужей, и на данный момент находила 4-ого. Как она сама шутила: «Я была замужем трижды, и все трижды успешно». Вобщем, это уже другая история. Тем временем, наш школьный роман медлительно, но правильно входил в тупик. Как ни старались мы варьировать наши упражнения в кровати, оральный секс имеет свои естественные ограничения. Лаская меня языком и губками, Оля оставляла меня в роли пассивного наблюдающего. А мне хотелось хоть время от времени участвовать в процессе, а если поточнее, хотелось встать, раздвинуть ей ноги и запихнуть как можно поглубже. Раз за разом я все почаще уговаривал Ольгу запамятовать о собственных старорежимных предрассудках и потрахаться, в конце концов, по-настоящему. И всякий раз встречал ее недопонимание, обиду и даже слезы. Ведь она так старается для меня, а я не ценю! Я ощущал раскаяние и сдавался. А дома, онанируя в ванной, представлял для себя, как Ольга упирается во чего-нибудть руками, как когда-то Рита в сауне, а я захожу сзади и всаживаю ей так глубоко, что она начинает орать от наслаждения.

Проститутки шлюхи Москвы дешево покажут все на что способны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *