759.jpg

Эротические рассказы — В некотором царстве, в некотором государстве…

В малеханькой деревне, на самом краю жила была семья юная – Степан да Наталья. Жили они отлично Степан работал денек и ночь, а Наталья вела нехитрое хозяйство. Прекрасная баба была та Наталья, всё было при ней: высока ростом, станом как королевна, брови месяцем и глазищи как плошки. А груди, что дыньки зрелые. Талия узенькая попка же напротив – широка и кругла. Все близлежащие мужички заглядывались на Наталью да слюни пускали. А барин местный так тот и совсем так захотел Натальино тело, что решил хоть каким методом её достигнуть. Чернокнижник был тот барин.

Но Наталья верная супруга была и никому никакого повода не давала. (Ни передом, ни задом не давала.) Но вот в один прекрасный момент как-то вечеря, посетовала Наталья тетке собственной, что все у неё в жизни отлично, а вот радости бабьей нету. Дескать, вроде Степка её и мужчина ладный и видный и прекрасный, а вот приключилась с ним неудача какая-то, ну не стоит у него совершенно на Наталью, не могут они спать вкупе: вроде пока ласкаются да милуются все отлично, как сущность до дела дойдет так раз – и повисат как лапшинка. Обидно ей так аж вопить охота, а ночами промеж ног свербит все посильнее и если дело так пойдет то и она пойдет по деревне как конюхова супруга, которая ни 1-го мужчины мимо себя не пропустит.

И невдомек ей было горемычной, что тетка её у того барина в любовницах всю жизнь состояла, и что большой барыш она получила за то, что сведет Наталью с барином. Но как это сделать, коль Наталья верная благоверная? Тогда и колдун-барин наколдовал чего-то отдал тетке зелье какое-то чтобы Степану намешала в пищу, чего-то там такового еще… и сделался Степан как будто кастрат в гареме: «видит око, да зуб неймет» Осознавал чернокнижник, что Наталья баба юная и рано ль поздно ли но к тетке она с неудачой этой обратится. А ему только того и нужно.

Тетка-то Натальина опытнейшая в прозаических делах баба была не даром 4-ый десяток разменяла, и не прогадал старенькый, Наталья таки обратилась к ней с бедою со собственной, она Наталье и гласит. Мол есть в бору усадьба, в усадьбе той барин живет иностранец. Не обычный он человек иностранец этот, чернокнижник он, ведун, блядун и иных дел волшебных он мастер. Она гласит, этот барин стремительно способен её бабьему горю посодействовать, но только идти им к нему нужно со Степкой вкупе. Гласила тетка Наталье, а сама все глаза отводила, а позже призналась, что когда-то издавна и у неё такая же неудача с её супругом была.

Много размышляла Наталья как такое Степке сказать и надумала она все честно ему поведать. Повинилась она перед ним, всё-всё ему поведала. Опечалился Степан, но делать нечего, очень обожал он Наталю, и порешили они, к барину тому идти. И пошли. Длительно ли коротки ли шли а пришли ко большой усадьбе, постучали в ворота и открыл им ворота сторож нахмуренный.

– Барин знает всё утром уже вас дожидается, проходите в дом там Машка вас дальше проводит. – произнес нахмуренный сторож и Степан да Наталья переглянувшись пошли по каменным плитам в дом.

Чуть они приблизились к дому, как двери им раскрыла дева неслыханной красы. Стройная, высочайшая, большегрудая, и крутозадая.

– Ожидает вас владелец, утром уж дожидается. – Проворковала прелестница и проводила их в покои.

Среди большой комнаты в кресле схожем на трон посиживал человек. Прекрасный мужик лет 40 от роду с черным волосом и смуглой кожей. очаровашка поклонилась и указав на человека представила его Степану с Натальей:

– Барин Юсуф-бабай, волхв и знаток темной магии, блядский магистр и поебун первой ебучей гильдии. – Поклонились Степан с Натальей барину в пояс, и Наталья желала было о печали собственной поведать, но барин её перебил:

– Знаю-знаю я печаль твою Наташа, я все ожидал, когда же ты придешь, но ты длительно выдержала.

Усадил он их за стол и отдал приказ накрывать. Слуги накрыли все на целый пир. Кушанья всякие были – выпивка: вина всякие, водочка, коньячок и прочее. Степан с Натальей никогда таких яств невидали, а барин доброжелательно подчует их и Степану все подливает в его чашу. То вина нальет, а то и водочки, а то и коньячку иль горилки. А Наталья знай фрукты иноземные с ягодами пробует. И совершенно скоро опъянел Степан, стал носом клевать тогда и хлопнул барин в ладоши и явились слуги и увели Степку под белы ручки в опочивальню, где и уложили на перины пуховые. Степан чуть голову положил на подушку, как забылся опьяненным сном.

А барин тем временем к Наталье поближе подсел и приобнял её за талию.

– Что вы! Много вам барин, я мужняя супруга и супруг мой дремлет в примыкающей комнате.

На что барин отвечал:

– У меня есть средство вновь способное сделать твоего Степана мужчиной, да и ты меня усвой обаяшка, всё в этом мире стоимость свою имеет и средство мое не исключение.

Опешила Наталья и спрашивает:

– А у нас и денег-то не много, неужто ты барин думаешь, что мы для тебя заплатить можем!? – Посмеялся барин и тихо Наталье гласит:

– Да для чего мне средства твои, у меня их вон сколь – в каждом сундуке понатыканы, мне другое от тебя нужно. – И со словами этими положил барин руку на коленку Наталье.

Бросило Наталью в жар, вдруг ей самой страшно захотелось испытать бабьего счастья ведь издавна уже Степан её не взбирался на неё. Сама багровеет, а у самой промеж ног пожар пылает и только и гляди пар пойдет, а юбки уж и промокли все. Но ведь Наташа верная благоверная и не может же она вот так просто. А барин глядит так в глаза и рука его тем временем уж к её горящей девичьей гордости подбирается. Сжала плотно ляжки Наташа и замотала головой.

– Что ты барин! – Воскрикнула она, – разве можно мне, мужней супружнице такое для себя позволять!

– Коль откажешь мне, – гласил Юсуф-бабай, – так навеки твой Степка кастратом остается, а ты, деревенской блядью сделаешься с течением времени.

Испугалась Наташа таковой ужасной картине и делать нечего – раскинула она стройны ляхи свои. Тогда и достаточно улыбаясь, барин принялся трогать её за самое увлекательное. Поначалу Наталье постыдно стало, а вобщем, минутку спустя уже она сама взяла барина за руку и прижимала к собственной красоты и дышала глубоко. А барин уж пальцами в неё действует сначала одним, а после 2-мя да 3-мя… Наталья уже всякий стеснение растеряла, платьица и юбки её на пол полетели. Соски на сиськах затвердели как будто косточки.

Наталья встала пред барином на колени. Тогда и приблизился к ней Юсуф-бабай и развязал пояс на халатике. «Ой!» вырвалось у Натальи, когда прямо в лицо ей уперлось нечто большущее какого она до сего времени не видывала у людей, а лишь на конюшне у коня Сивки когда тот кобылку покрывал. А здесь вот оно, – прямо перед нею! Большой купированный хер! Взяла Наталья рукой этого монстра, а он жаркий, да ладный таковой, да приятный таковой: головка как шляпка гриба не то что у Степки её – узкая да тоненькая, так и тянет её прикоснуться к нему губками. И не удержалась Наталья и окутала губами пухленькими гигантскую головку. А барин взял её за волосы, ну и стал насаживать головою на этот собственный орган. Захлебываясь и кашляя Наташа все таки начала испытывать чувство доныне не знакомое ей. Вроде тошно должно быть ей, ан нет-же! Напротив – к тому же еще охото и руки сами тянутся к тому что промеж ног стройных у неё. И чуть тронула Наташа пальчиком торчащее там меж складочек её, как вдруг сорвало у неё крышу с разума и начла она стонать и скулить и поглубже ротик собственный насаживать на дрын бабайский.

Барин вдруг опрокинул Наташу на полати и с ходу загнал в неё дубину свою. Вскрикнула и задохнулась Наташа, такового она в свою девоньку еще не получала. У Степана почитай раза в два наименьший был! Почуяла Наталья, как гигант этот в матку её толкает того и гляди через гортань выскочит. Но хорошо-то как ей стало, как сладко и томно в лоне сделалось! И расслабилась Наташа и начала двигать навстречу барину и негромко так постанывать:

– О, ты мой мужик, вот где оказывается это есть бабья радость-то…, вот это есть мужеская сила… ой барин, награди меня семенем, понести я желаю обязательно от тебя барин, чтоб дети смуглые родились и курчавые. – Наталья уж и сама не помнит, что еще она там несла в пылу сладострастия, но она сама веровала в то, что гласила. И прижимала она ногами, барина за талию к для себя стараясь посильнее и поглубже насадится на баринов дрын…

А тем временем

Степан, поспав пол-часика, пробудился в сильном хмелю, голова гудела, во рту как будто б высохло и кошки накакали, а мочевой пузырь ломило, что вот-вот он лопнет. Не понимая где он да как, Степа но же встал с полати и заковылял держась за стеночку незнамо куда только бы на волю. Негоже в чужом доме-то углы метить как будто пёс шелудивый. Бредет по черной избе и вдруг стоны слышит дамские. «Не необходимо ли посодействовать кому» – задумывается Степа и ковыляет на стоны. Глядит, а у занавеси, что отделяет иную комнату столпились слуги и что-то с эрекцией рассматривают.

И Степан подошёл. Взглянул и обомлел. В комнате освещенной 3-мя толстыми свечками на полу на коленях стояла его Наталья совсем нагая и покачивая большими сиськами с мастерским умением обрабатывала губами большой баринов хер, а барин тот, придерживал Наташу за волосы и как будто трахал в рот верную Степанову женушку. Длительно так затаив дыхание смотрел Степан как супруга его чужой хер сосет, а позже, барин вдруг застыл на месте, прижав затылок Натальи руками и вдруг, Степан увидел как по углам губок его возлюбленной супруги, выступили белоснежные капли чужого семени.

Степа так и обомлел. Или с похмелья, толь опоили его чем, или еще что, только вдруг у Степы его уж год висевший мертвым грузом член, вдруг встал как кол и по телу разлилась приятная истома и вдруг ему так отлично стало, так захотелось поглядеть на то как его Наташка с барином чпокается, что растолкал он слуг и сам в числе первых прильнул к щели.

А Наталья его уж тем временем, оторвалась от соски и обширно раскрыв рот показала барину сколько он ей туда накончал, а позже закрыла ротик и смачно так сглотнула. Позже легла она на полати и раскинула призывно белы ножки. Барин мигом взгромоздился на Степанову супругу и с трудом протиснул собственный большой хер в её еще пока узенькую письку. Наталья задохнулась аж, звучно так застонала и начала выгибать спинку навстречу барину. Стараясь означает, поглубже в себя пропустить толстый хер.

Барин начал размашисто трахать Наталью и с каждым разом она все вскрикивала и стонала звучно. А барин все не унимался, Наталья уж и языком чуть ворочает и дышит еле-еле, а барин все размашистее накачивает чужую супругу. Наташа уже не стонала – тихонько поскуливала, когда барин сделал самый глубочайший нажим и застыл так. Наталья из последних сил вскрикнула и, растеряла чувства. Барин слез с Натальи, а она так и осталась лежать с обширно разведенными ногами. Степан обалдел, на месте малеханькой и аккуратной писеньки его супруги, сейчас сияла большущая, влажная, текущая чужой спермой пиздень как у разъебанной блядищи по-другому и не скажешь.

Из недр большой дыры медлительно текла белоснежная с прожилками, густая сперма. Чужая сперма!!! Степан вдруг ощутил как из его напрягшегося до максимума члена, с напором начала выплескиваться сперма, а переполненный пузырь вдруг не удержал более напора, и совместно со спермой потекла по ляжкам его моча, намочив портки, рубашку и сапоги. Степан схватил собственный член рукою и зажав его в кулаке побежал на улицу под хихиканье слуг…

…С утра Степан пробудился со ужасной головной болью. Осмотрелся и сообразил, что лежит он дома в собственной постели. Лежит почему-либо без порток и рубашки. Напротив полати посиживала Наталья и прямо светилась от счастья. Она бережно протянула Степану полную чарку горилки и улыбнувшись произнесла:

– Как ты, мой милый, ох и не просто для тебя пришлось, ты столько вчера у барина испил, что тебя пришлось везти на подводе, а в дом заносили двое дюжих слуг.

– А портки мои где? – Чуть ворочая языком спрашивал Степан у супруги.

– Так на плетне они висят – сушатся, ты вчера спьяну обмочил их очень, да еще чем-то испачкал… но ты не страшись я все выстирала. – Наталья просто светилась от счастья, на лице её играл здоровый румянец, которого уже издавна не лицезрели.

Стали они с того времени жить поживать душа в душу, к Степану его мужская сила возвратилась стал он радостный и удовлетворенный, а скоро вызнал он, что понесла супруга его и на будущий год, ожидается у него прибавление. И всё бы ничего, только вот казалось Степе, что всё что ему тогда спьяну пригрезилось, оно будто бы по сути было. С чего бы это вдруг всегда узенькая писонька Натальи стала такая широкая да глубочайшая как у рожалой бляди – конюховой супруги! Вобщем, его не очень тревожил данный факт. Им с Наташкой отлично, и хорошо.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *