570.jpg

Эротические рассказы — Яблоки

Жил я в одной комнате с 2-мя ребятами в общежитии. В конце лета по очереди снабжали друг дружку и девок в общаге яблоками, воруя в Мичуринском яблоковом саду и демонстрируя лихость перед друг другом в этом промысле. В один прекрасный момент в конце августа, когда уже стемнело, я был пойман Мичуринском яблоковом саду. Мне шел девятнадцатый год. Сторож, грозя избить кнутом, принудил меня раздеться и забрал мою одежку, чтоб я не сбежал. Отдал приказ встать на колени, согнуться, выпятить нагой зад и раздвинуть руками свои ягодицы, как на медосмотре. Меня это больше заинтересовало, чем напугало. Его кобель повизгивал и крутился около моего оголенного и доступного, открытого очка. Мои яичка были за сжатыми ляжками впереди. Обнюхивая меня, он вдруг вскочил на меня сзади. Видно и сам сторож любитель, быть в половом акте со собственной собакой, коль его кобель знал, что нужно делать со мною. Узкий и острый член кобеля вошел в меня просто и без болевых заморочек. Я был рад, что хотя бы не лупят кнутом. Кобель стал насиловать меня. У него конец члена во мне вспух шаром. Кроме моей воли я возбудился и мой член встал. Он стремительно кончил и соскочил с меня, но не мог вынуть собственный член из-за очень вздутого конца из моего заднего прохода. Моё заднепроходное отверстие очень оказалось не достаточно, чтоб выпустить таковой распухший кобелиный конец, как гриб шампиньона. И мы, как склеенные, прилипли задами к друг дружке. Вышло склещивание. Сторож гласит: «Вижу пиписька встала, дрочи. Это успокаивает. Не отпущу, пока не спустишь». И, став передо мной на колени, приспустил штаны и трусы до колен. Одной собственной рукою приподнял рубашку и майку выше пупка, а другой рукою стал мастурбировать собственный огромный напрягшийся член перед моим лицом. Я таковой большой размер члена не лицезрел ни у кого в городской бане. Позже сует, ставший упругим, собственный член мне в рот. Это тоже усиливало моё желание заниматься онанизмом собственный уже стоящий и не сгибаемый член с не возможной любвеобильностью, другой рукою помогать сторожу онанировать его огромный член и в своём рту держать его великолепнейшую залупу. Она была практически, как мед банка, что ставят на спину нездоровым. Невольно сравнивая, собственный член с его членом, я был очень удивлен таким очень огромным его размером, несравненным с обыденным мужским членом. Я с сторожем с страстью продолжали мастурбировать его членище в две руки. Язык мой трепетал, я сосал и смаковал такое большущее волшебство в собственном рту и продолжал помогать ему в рукоблюдии . А, чтобы его великолепной залупе в моем рту было еще лучше, я подмахивал собственной головой туда-сюда, назад, чтобы и ему и мне было приятно. От обоюдного осознания сторож, как и я, со живостью еще резвее задрочил свою упругую Гулливерскую дрыну. Любуясь его дрыной, я был полон удовольствия от всего происходящего со мной этим поздним теплым августским вечерком. Из моего члена прыснула сперма, а мой рот заполнился спермой сторожа. Сглотнув ее, стал отсасывать всё, что осталось в его дрыне. Распухший кобелиный конец во мне опал, и мы благополучно расцепились. Я в первый раз испытал такое очень колоритное сексапильное потрясение. Была такая блаженное состояние от нахлынувших чувств, и было такое приятное чувство обнаженности моего тела. Я уже 2-мя руками продолжал ублажать, опавший, но также, красивый и величавый член сторожа и не выпускал из изо рта его обмякшую залупу, крутил языком вокруг её и продолжал отсасывать сперму. Сторож, видя мою чувственность, предложил мне собственного кабеля, подождав минут пятнадцать. В символ согласия, я махнул головой и стал снимать с него одной рукою одежку, а другой, также мять вялый, но все равно таковой умопомрачительный член, не выпуская его обмякшую залупу из собственного ненасытного рта и продолжая опустошать его яичка. Он помогал мне собственной покорностью. И вот мы оба были оголены, как в бане. А кабель снова стал крутиться около моего зада, обнюхивая мое очко. Мой член натужился. Кобель вскочил на меня и стал пидарастить меня, уже по моему желанию. Все повторилось. Кобель снова в меня кончил. Он сошёл с меня и мы снова, вроде бы, прилипли задами, из-за большой вздутости, как гриб шампиньона, на конце кобелиного члена в моё заднем проходе. Мы также, как и 1-ый раз, склещились, как сучка с кобелём. Я, также, возбудился и с страстью онанировал одной рукою собственный окрепший член, а другой рукою всё мял вялый член сторожа, массажируя губками и языком его мягенькую залупу. Кобелиный конец члена во мне опал и я благополучно с ним расцепился. Сторож так и не вошёл в сексапильную норму. Видно было, что он этим был обескуражен. На этом мы окончили обоюдное ублажение. Не одеваясь, сторож, согнувшись, стал набирать в мою сетку не плохих яблок из ящика, стоящего на полу. Я подошёл сзади и взял его за ноги. Он ещё больше прогнулся, взял мой член и направил в своё очко. Видно, и правда он в роли сучки у собственного друга собаки. Я на удивление просто вставил стопроцентно собственный член в его заднепроходное отверстие. Он скрестил свои ноги и этим очень сдавил своё очко и мой член. Это было так здорово. Сексапильное удовольствие длилось. Сторож осторожно завертел задом, чтоб не выскочил мой член из его очка при сношении с ним. Через некое время я спустил в него. Сторож дал мне мою одежку и полную сетку яблок. Приятно немножко побаливало в заду. С моего все еще упругого покрасневшего члена понемногу капало. Он не совершенно опал. Было здорово чувствовать жар причинных мест при ходьбе, когда я нагой с одежкой и яблоками в руках выходил из Мичуринского сада, освещенного броским лунным светом. За садом была речка. В ней я подмылся и искупался. Так я был наказан за воровство яблок в Мичуринском саду. И считаю, что хорошо отвертелся, не был избит кнутом, получил новый сексапильный опыт общения и принёс яблоки ребятам. Но это не главное. У меня тогда нередко очень болел левый бок, гласили, что от колита. А после чего варианта, боли закончились. Вот и не знаешь, где отыщешь, а где потеряешь. Сперма освободила меня от колита. Приобретя таковой опыт исцеления колита, я для закрепления исцеления, через денька четыре теплым летним поздним августским вечерком пошёл опятьв этот Мичуринский сад в надежде повстречать сторожа с собакой. Оделтолько майку, широкие, недлинные шорты на слабенькой резинке, как в трусах, и шлёпанцы. Но был пойман другим сторожем, видно у сторожа с собакой был выходной. Этот сторож, молча, зажал мою голову меж ног, а я и не сопротивлялся, чтоб убежать. Сторож вытащил собственный брючный ремень, сложил в два раза и стал лупить по моему заду. Я сдвинул колени, чтоб он не попал ремнем меж моих ног по моим яичкам. В первом классе меня нередко отшлепывали по попке за двойки и мой писун от шлепков по моей попке очень напрягался. Это было одно из приятных мемуаров об учебе. И на данный момент ягодицы у меня горели от ударов ремнем по заду, а это меня возбуждало. Член мой встал. Руки мои невольно потянулись к ширинке брюк сторожа, стремительно расстегнули пуговицу перед застежкой «молния» и естественно саму молнию. Его штаны приспустились. Я залез в его трусы. Сторож удивился и отпустил мою голову, зажатую у него меж ног. Я не теряя времени вынул его напрягшийся член и стал онанировать, а другой рукою спустил просто с себя широкие, недлинные шорты на слабенькой резинке, обнажил собственный горевший зад от его ремня, и стал заниматься онанизмом собственный уже не сгибаемый член. Повернув голову, поглядел на свои порозовевшие ягодицы. Сторож взял меня за уши, повернул мою голову лицом к собственному животику и приблизил мой рот к собственному уже упругому члену. Штаны и трусы у него уже были спущены мной. Ну, в общем, залупа его члена была у меня во рту. Сторож заворожен был от такового предоставленного мной ему наслаждения и вида. И, видя впереди себя много обещающий мой обнаженный покрасневший зад, стал оголять мою спину, натягивая мою майку мне на голову. Я поднял свои руки ввысь, и он стянул с меня майку, а я следом с него штаны и трусы, не выпуская его часть члена из собственного рта, плотно сжав его своими губками и двигая своим ртом по члену сторожа вперед вспять, как маятник. С себя рубашку с майкой он снял сам. Сторожа видно привлёк мой ко всему готовый оголённый вид. Я, недолго думая, развернулся к нему раскрасневшимися ягодицами и, встав к сторожу раком, направил егоне очень гибкий член в своё очко. Скользкий и влажный от моего рта его гибкий член с трудом под большенными поочередными нажимами равномерно вполне вошёл в меня. Я ощутил приятное, бархатное прикосновение лобковых волос сторожа к моим ягодицам. Тяжелая растекающая удовлетворенность пела во мне. Меня сейчас не кабель, а здоровый мужчина пидарастит. От немножко растянутого и немножко побаливающего моего очка и от работающего его члена было очень сладкое чувство сексапильного праздничка. Я, кайфуя, с остервенением мастурбировал собственный не гнущийся член. Мои широкие, недлинные шорты с очень слабенькой резинкой совершенно спали с меня. Я ногами сбросил их совершенно с себя. Скрестив ноги, сдавливал и напрягал с силой свою промежность и очко, что добавляло ещё огромных сексапильных чувств и ему и мне. Его руки сжимали и голубили мои ноги, и я в благодарность завертел задом, как это было может быть. Он все увеличивал и увеличивал темп массажа моей чувствительной простаты. Что за красота эти чувства, переполнявшие меня и его. Мы оба были на седьмом небе и от обоюдного наслаждения, доставляемого друг дружке. И вот он кончил в меня со всей живостью, но не торопился вытащить собственный член из меня. Ну и мне было кайфово ощущать его член внутри себя. Я тоже опростался, освободив свои яичка от спермы. Его член с02112тал опадать и вышел из меня сам. Мы оба остались очень удовлетворенными друг другом. Сторож посодействовал мне собрать яблоки с яблонь в сетку. Мы, не одеваясь, нагие, пошли к речке за садом. Я нёс его и свою одежку, а сторож мою сетку полон яблок. Там на речке у него было припрятано в кустах мыло в мыльнице. Взяв мыло, зашли в тёплую воду, как парное молоко. Я сам стал драить мылом его спину. После сзади присел на карточки, просунул руки меж его обширно расставленных ног и стал, также кропотливо мыть вялый член, яичка, промежность и даже задницу, массируя мылом его задний проход. Кайфование длилось. Пролез меж его обширно раздвинутых ног. Сейчас лицом к его лонному холму на корточках снова старательно с мылом помыл его интимные места, поддрачивая и подергивая его вялый член. После осторожно я пожевал его дряхлый писун, помассажировал его яичка и промежность, но не достигнул хотимого фуррора в его сексапильной готовности, хотя мой член уже встал. Неуж-то и я в зрелые годы буду способен лишь на раз. Желал его поиметь в очко, но он не отдался. Ну, ну и пусть. Может позже пожалеет. В жизни все необходимо испытать. Я стремительно умылся и подмылся. Мы ещё мало поплескались. Не одеваясь, я оголенный, с напрягшим членом, держа майку, недлинные шорты и сетку полон яблок в руках, не спеша пошел домой в общагу по берегу речки. Одеваться не хотелось. Я все ещё был под впечатлением отлично проведённого времени. Сторож, тоже голый, и тоже не спеша пошел к для себя в садовую сторожку, держа в руке свою одежку. Было далековато за полночь. [email protected]

Колоритные проститутки города Москвы ждт встречи с вами.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *