284.jpg

Порно рассказы — Основной инстинкт. Часть 15

Нет, ну это уже свинство. Я ведь балансирую на самой грани. Ещё незначительно, ещё две-три секунды и я бы кончил. Но, угроза отрыва мужского плюсы действует. Я опять опускаюсь на четыре точки. Мой возбуждённый до максимума член упирается в животик кое-где в районе пупка. При каждом толчке сзади он трётся о пупок. Чувство приятное, но этого недостаточно для того, чтоб я в конце концов разрядился. Делаю движения бёдрами, стараясь сильнее прижимать моего дружка к животику. Стон удовольствия сзади гласит о том, что мой рок приглянулся. Толчки становятся всё более энергичными, из-за моих подмахиваний он достаёт ещё поглубже, чем ранее. Сейчас всякий раз он не просто касается священной точки, а упирается в некий нервный центр, посылающей импульсы мне прямо в яйца. Мне кажется, он достаёт изнутри вплоть до самой их середины, подталкивая сперму, которая уже начала своё путешествие ввысь по стволу к раздувшейся головке. По стону, схожему на рычание, понимаю, что мне предстоит оргазмировать сразу с моим партнёром сзади. Но, всё вышло по другому. Ашот вдруг тоже ускорил собственный бег. По его телу одна за другой побежали судороги. Он вдруг вскрикнул, схватил меня за волосы и с размаху всадил собственный член мне в рот на всю его длину, не давая мне отстраниться. Я чувствую, как головка упёрлась куда-то в гланды, и даже далее. И здесь же стукнула жгучая струя. Я не ощущаю вкуса, сперма потекла прямо в пищевой тракт, минуя вкусовые сенсоры. С большим трудом сдерживаю рвоту. Мне нечем дышать, из глаз льются слёзы. В конце концов он меня отпускает, я с удовольствием вдыхаю воздух. Вижу впереди себя его член. Он ещё не успел опасть. Головка влажная от спермы. Она всё ещё продолжает вытекать из дырочки в центре. — Оближи, дорогой, это смачно. По сути вкус не самый приятный, хотя и не мерзкий. Вылизываю начинающий опадать член, сразу настраиваясь опять на свои чувства. Опять начинаю подмахивать, прислушиваясь к трению головки о пупок. Толчки сзади становятся просто исступленными. Чувствую приближение кульминации. — Ты иди сейчас рот промой. Это Старик. Я уже сообразил, что ему тут подчиняются безоговорочно. Олег послушливо вынимает собственный член, давая мне возможность встать. Но ведь я уже практически оргазмировал! Это несправедливо! Головка вот-вот лопнет от пульсирующей в ней спермы. Я бросаюсь прочь из комнаты, онанируя на бегу, и вбегаю в ванную, уже орошая спермой кафельный пол. Я понимаю, для чего Старик послал меня в ванную. Возвратившись вспять, я сразу опускаюсь на пол и беру в рот его толстый отросток. Старик откидывается вспять. Он не делает нетерпеливых толчков навстречу моим движениям. Он неподвижен. Он предоставляет мне потрудиться. Я обхватываю губками его синюю головку и начинаю движения головой вверх-вниз, мастурбируя губками чуть вмещающийся во рту член Старика. Он достаточно сопит и постанывает. Я ускоряю свои движения. Его яичка прыгают перед моими очами как баскетбольные мячи в авоське. Начинаю уставать. Всё-таки тяжёлая это работа — делать орально-генитальный контакт. Но, Старик ещё отдалёк от кульминации. Нет, всё, утомился. Обхватываю рукою его стержень, начинаю онанировать, сразу облизывая головку. Скашиваю глаза, смотрю, что делают другие. Ашот посиживает нагой в кресле и с удовольствием мастурбирует, следя затуманенными от похоти очами за моими манипуляциями. Олег посиживает чуток далее на диванчике, одетый в халатик. В его очах — тоска и отчаяние. Что такое? Разве ты не сам этого желал? Это была уж точно не моя мысль позвать сюда 2-ух этих ублюдков. А вобщем, мне наплевать на то, что ты ощущаешь. Мне наплевать и на то, что чувствую я. Я желаю только 1-го — чтоб всё поскорее кончилось, и ты разорвал бы эту окаянную бумагу. — Ашотик, ты там подготовь всё сзади. Ну, как обычно. — На данный момент будет исполнено, Виктор Николаевич, — и уже мне, — Вай, дорогой, ты для чего от нас свою попу упрятал? Нехорошо! Послушливо отрываюсь от пола и становлюсь на колени, отставив пятую точку и прогнув спину. Ашот резко, одним толчком вводит во всю длину. С удивлением замечаю, что с каждым разом я испытываю всё меньше боли. Наверняка, задний проход равномерно расширяется. Член немедля реагирует на вторжение сильной эрекцией. Я опять погружаю в собственный рот толстый член Старика и возобновляю движения вверх-вниз, помогая для себя рукою. Скоро забился в судороге и бурно кончил Ашот, залив мою прямую кишку собственной юный жаркой спермой. А Старик тем временем всё посиживает, откинувшись в кресле и постанывая. У меня уже онемели губки и язык, ломит шейку, но я не смею приостановить свои движения. В конце концов он начинает зашевелиться, дёргается раз, 2-ой, хрипит: — Ашотик, поворачивай. Ашот отталкивает меня от Старика, жестом принуждает меня встать, оборотятся и наклониться, упершись руками в журнальный столик. Старик встаёт с кресла, подходит. Ашот одной рукою расширяет мою дырочку, другой направляет его член. Мне это припоминает ухищрения кинологов, организующих случку. Не могу сдержать ухмылку. Вобщем, скоро мне становится не до хохота. Член Старика приметно толще, чем у Олега и Ашота. Даже мой растянутый и смазанный спермой анус очень неширок для него. Он давит, толкает всё посильнее. Я еле сдерживаюсь, чтоб не закричать. В конце концов, направляемый рукою Ашота, он проталкивается внутрь и начинает фрикции. Боль малость отступает, хотя сфинктер растянут до максимума, и каждое его движение отдаётся резью. Удивительно, но болевые импульсы меня ещё больше возбуждают. Я до погибели желаю испытать оргазм, но не смею прикоснуться к собственному многострадальному дружку. Старик длительно кряхтит, стонет, и, в конце концов, разряжается в меня водянистой струйкой семени. Ну, кажется всё. Старик застёгивает штаны. Одевается и Ашот. На всякий случай я продолжаю стоять в той же позе. — Неплохой петух, способный. Ты позови его в субботу. А пока пусть идёт. Старик опять опускается в кресло. Олег же напротив — вскакивает, берёт меня под руку и ведёт в спальню. Опускаюсь в изнеможении на кровать и начинаю мастурбировать. Мне приходится сделать менее 10 движений, чтоб забрызгать собственной спермой и себя и кровать. Олег выходит. Накрываюсь одеялом и практически сразу засыпаю. Слышу через сон голоса, позже хлопнула дверь и всё затихает. Через некое время я опять слышу шум. Олег заходит в спальню, включает свет. Он вполне одет и глядит на меня с выражением брезгливости и желания сразу. — Ляг поперёк кровати. Не так, на спину, головой ко мне. Я повинуюсь. Он подходит поближе. — Ляг так, чтоб голова свешивалась вниз. Выполняю и это. Сейчас и Олег и комната кажутся мне перевёрнутыми. Он подходит ещё поближе, расстёгивает штаны, опускается на колени. Я уже понимаю, чего он желает и послушливо открываю рот. Он вставляет во всю длину, так, что я упираюсь носом в его яйца. Он начинает двигать своим задом, просто трахая меня глубоко в рот. Удивительно, но я не ощущаю дискомфорта. Моя голова очень запрокинута вспять и его член не перекрывает дыхания, даже когда упирается в гортань. Только в один миг мне становится больно, но я терплю, зная, почувствовав, что он вот-вот кончит. испытал оргазм он бурно и обильно. Я еле успеваю сглатывать струи. Кончив, он встаёт. — Слушай пристально. В субботу я приглашаю друзей. Я желаю сделать им подарок. Этим подарком будешь ты, — он останавливает жестом мой отчаянный протест, — так желает Виктор Николаевич. Это в последний раз, я обещаю. Вечеринка будет длиться всю ночь. С утра я отдам для тебя то, что обещал. Естественно, придётся потрудиться. Но от этого ещё никто не погибал. Кстати, ты будешь в маске, тебя никто не увидит. Ты тоже никого не узреешь. Запомни — в субботу в 6. Это твой пропуск на волю. В воскресенье днем ты свободен. А на данный момент одевайся и дуй домой. Я очень утомился. Это ты утомился? А что мне-то тогда гласить? Вскакиваю, бегу в ванную одеваться, лихорадочно раздумывая над последними словами этого монстра. Гласит, что в последний раз. Околпачит? А если не околпачит? А вобщем, мне нечего терять. Я уже очень далековато зашёл, отступать поздно. Застёгиваю куртку, сую ноги в туфли без шнурков и выбегаю в холодную ночь. Субботу я ожидал со смешанным чувством ужаса и надежды на освобождение от нескончаемого ужаса. Я уверял себя в том, что предстоит выдержать всего одну ночь, после этого я забуду о случившемся навечно. А чего мне это будет стоить — ну что ж, от этого ведь вправду не погибают. И вот наступила суббота. Я испил бутылку водки, чтоб унять ужас перед тем, что меня ждет. Алкоголь практически не подействовал. На ватных ногах я поднимаюсь в знакомую квартиру. Олег ещё один. Он велит мне принять душ, провожает в спальню и подаёт мне мешок, сшитый из узкого блестящего трикотажа чёрного цвета, наподобие того, из которого делают лосины. Это маска. Прорезей для глаз нет. Зато есть большая прорезь для рта, открывающая открытый доступ к одному из моих рабочих отверстий на нынешнюю ночь. Не считая того, он велит мне одеть широкий кожаный ошейник, берет меня под руку и ведёт куда-то. Судя по всему, это спальня. Щёлкает выключатель. Он ведёт меня на середину комнаты и ставит меня на колени на какое-то возвышение. Нащупываю спинку, локотнику. Ага, это кресло. Он принуждает меня упереться подбородком о его спинку и обхватить её руками. Чувствую холод металла, охватившего запястья. Раздаётся щелчок. Наручники! Пробую отдёрнуть руки — поздно. Я прикован. — Неким нравится вот так, ну, что ты ничего не можешь сделать. Так что, потерпи. Сволочь ментовская! Он кладёт руку на мой затылок, заставляя посильнее прижаться подбородком к спинке. Щёлкает карабин. Итак вот для чего ошейник! — Открой рот. Так, отлично. Закрой. Судя по всему, проверка его удовлетворила. Слышу, как он обходит меня сзади. — Ноги раздвинь пошире. Что, испытать решил? Нет, дело не в этом. Чувствую, как поначалу одну, позже и вторую лодыжки обхватывают не то верёвка, не то ремешок. Сейчас я связан по рукам и ногам. Стою раком, нагой, с мешком на голове, не могу пошевелиться. Готовый к употреблению. А он стоит сзади и глядит. Чувствую, как зашевелился мой член. Чтоб сдержать эрекцию, начинаю вспоминать таблицу логарифмов. Не помогает. Этот предатель встал и уперся в животик. — Я вот здесь ремешок повесил. Некие обожают поначалу ремешком похлестать. Так что может быть придётся потерпеть. Скотина! Подонок! Пидор зловонный! Вобщем, протестовать поздновато. Скрипнув зубами смиряюсь. Мне очень жутко. Меня бьёт озноб. Кажется, этой ночкой я узнаю, что такое ад. Он раздвигает ягодицы, смазывает анус вазелином, бесцеремонно всовывает палец внутрь, намазывает и там тоже. Член отзывается ещё более сильной эрекцией. Вынимает палец. Слышу звук расстёгиваемой молнии. Ну вот, началось. Он трахает меня молчком, не торопясь. Кончив, деловито вытирает конец, застёгивает штаны и выходит. А я продолжаю стоять раком, чувствую, как струйка вытекла из заднего прохода и потекла по ноге. Очень охото почесаться. Холодно. Быстрее бы кончилась эта ночь! Член продолжает стоять. Как охото испытать оргазм! Хоть бы одну руку оставил, я подрочил бы. Ублюдок! Тяжело определять время, стоя раком с закрытыми очами. Думаю, прошло около получаса, когда в прихожеб раздался звонок. Прибыли 1-ые гости. Позже ещё и ещё. Квартира заполнилась весёлыми голосами. Вечеринка началась. Всех вновь прибывших гостеприимный владелец заводит в спальню, чтоб показать главный аттракцион нынешнего вечера. Слышу хвалебные голоса, причмокивания. Юный глас спрашивает, можно ли испытать прямо на данный момент, до ужина, и получает разрешения. Определяю по звуку, что гость тормознул впереди и открываю рот. Это служит сигналом остальным. Кто-то пристраивается сзади, другие занимают очередь. Не знаю, сколько времени длилась эта вакханалия. Пока еще одна пара насиловала меня сразу с обеих сторон, другие следили, обступив нас плотным кольцом и распаляясь для последующего раза. Люди изменялись, выходили испить и закусить, опять вставали в очередь, и опять выплёскивали в меня еще одну порцию. Доносившиеся до меня звуки гласили о том, что я не единственный гомосексуальный объект в этой комнате. Стоны, клики экстаза, скрип кровати гласили о том, что часть публики распалась на пары и, нагретые зрелищем, предаются развлечениям вместе. В особенности нередко слышался глас того юного парня, что начал нынешнюю оргию. Он основался на кровати и просил всех сделать и с ним так же. Многие соглашались. Он бурно оргазмировал, крича от экстаза и через пару минут просил повторить. Я тоже пару раз оргазмировал. 1-ый раз сам, без чьей-либо помощи, сразу с моим партнёром сзади, трясясь в судороге и заливая кресло спермой. Я оргазмировал длительно, очень бурно и обильно, вызвав чуть не рукоплескания зрителей. Умопомрачительно, но член не опал совершенно, а стал только чуток мягче. Стоило следующему гостю занять своё место, как эрекция восстановилась на сто процентов. Скоро член уже просто разрывался от прихлынувшей к нему крови. Позже кто-то сжалился нужно мной и, войдя в меня сзади, принялся мастурбировать мой член в такт своим движениям под хвалебные возгласы толпы. Я опять кончил, и опять член только чуток обмяк, и скоро восстановился. Позже, в течение всей ночи кто-либо временами помогал мне временами освободиться от повсевременно прибывающей спермы. Я кончил, наверняка, раз 10. Забегая вперёд, скажу, что после той ночи у меня началась временная импотенция. Недели на две я запамятовал что такое эрекция и был этим очень испуган. Всё это время не пустовал и мой рот. Один за одним эти маньяки выплёскивали в меня свои заряды. Я испил уже наверняка стакан спермы, она уже стекала по подбородку, а их поток всё не иссякал. Поначалу было очень тяжело. Но позже я напомнил для себя, что эта ночь не может продолжаться нескончаемо и, главное, нужно отключиться. Я просто держал рот открытым, прижимая очередной член языком к нёбу, а они сами делали фрикции. Каждый старался запихнуть член как можно далее, а я пробовал этого не допустить, выталкивая их члены языком.

Горячие проверенные проститутки с фото на нашем сайте.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *